О таинствах вообще

Таинство есть ощутительное символическое действие (знак), установленное Иисусом Христом, чтобы сообщать благодать душам нашим. Итак, для наличия таинства необходимо осуществление трех условий:

1) Внешне видимое действие должно быть символом, изображающим действие благодати; так, омовение водой в крещении представляет очищение души от греховной скверны, совершаемое благодатью.

2) Внешнее действие, или знак, должно быть установлено Господом нашим Иисусом Христом; один лишь Бог может придать человеческому действию способность сообщать благодать людям.

3) Это действие должно действительно сообщать благодать душе; таинство не есть, как полагают протестанты, простой обряд, «свидетельствующий» о присутствии благодати в душе. Таинство не только знак и символ, но и причина, производящая благодать ex opera operato. т. е. в силу всемогущества Богочеловека, пожелавшего придать определенному обряду свойство причинять благодать.

Не следует смешивать семь таинств, установленных Иисусом Христом, с так называемыми таинствами Ветхого Завета: эти последние, в частности обрезание, не сообщали благодати или внутреннего обновления души, а означали лишь внешнее законное оправдание; они были простыми знаками союза Бога с избранным народом и прообразами подлинных таинств, т. е. таинств Христовых.

Таинства Нового Завета были установлены лично Спасителем в числе семи. Догмат этот основывается на Священном Писании и на Предании. В катакомбах первых времен христианства были найдены многочисленные фрески, изображавшие совершение христианских таинств. Церковь никогда не считала себя уполномоченной вводить новые таинства.

В таинствах надо различать: «материю», или существенные для данного таинства предметы и действия (например, омовение при крещении); «форму», или слова совершителя таинства, придающие материи определенный смысл и действенность (например, «крещается раб Божий и т. д.»); и, наконец, второстепенные обряды, не влияющие на сущность таинства и имеющие целью назидать верующих. Всякое существенное изменение материи или формы делает таинство недействительным, не существующими как таинство. Для действительности таинства требуется тоже соединение материи и формы; так, при крещении омовение должно совершаться одновременно с произнесением формы.

По установлению Господа нашего Иисуса Христа, крещение и покаяние сообщают освящающую благодать лишенным ее; по этой причине эти таинства называются «таинствами мертвых»: они дают сверхприродную жизнь душам духовно мертвым вследствие первородного или смертоносного греха. Пять остальных таинств предполагают сверхприродную жизнь души и увеличивают степень уже существующей в душе освящающей благодати; их потому называют «таинствами живых».

Все таинства, кроме освящающей благодати, дают еще особую благодать, присущую им и отличительную для каждого из них. Эта «благодать таинства» помогает нам исполнять обязанности, которые данное таинство на нас налагает, и достигнуть той цели, ради которой оно дается; так, благодать таинства брака дает супругам силу свято исполнять супружеские и родительские обязанности, благодать священства помогает иерею быть достойным пастырем.

Кроме благодати, три таинства — крещение, миропомазание и священство — налагают на душу особую постоянную «печать», или отличительный признак. Крещение дает признак христианина, миропомазание делает христианина воином Христовым, священство делает его «служителем алтаря». В то время как благодать дается таинствами сообразно с предрасположением принимающего, печать всегда налагается при действительном совершении таинства, независимо от нравственного достоинства принимающего. Печать таинства неизгладима и навсегда остается присущей душе; поэтому, упомянутые таинства можно принимать только один раз в жизни. В вечности печать будет увеличивать славу праведников или бесславие грешников.

Надо различать действительность таинства от позволительности его совершения. Священник в состоянии смертоносного греха может совершить действительное таинство Евхаристии, но ему это не позволительно, он при этом совершает новый грех.

Современные сторонники «чисто духовного христианства» часто возмущаются тем, что Христос поставил сообщение благодати людям в зависимость от материальных предметов (вода, елей и т. д.) и от людей, совершителей таинства. Но не надо терять из виду того, что все в христианстве связано с этой зависимостью; это наглядно и в установлении единой видимой человеческой иерархии в Церкви, ослушание которой лишает спасения, и во всей христианской морали, которая касается не только духа, но и внешних человеческих поступков. Иисус Христос спас людей через воплощение, связь духа с плотью, единение Бога с человеческой природой; и потому все в Церкви Христовой является как бы продолжением воплощения Христова. Божия премудрость хочет, чтобы спасение человека совершалось способом, соответствующим его природе; а природу человеческую сам Господь создал не только духовною, но и телесною.


свящ. С. Тышкевич КАТОЛИЧЕСКИЙ КАТИХИЗИС Саtéсhisme Саthоliquе